28
Сен
0

Рождение царской Европы




Власти Европейского союза нацелены на создание федерации, чтобы централизованно контролировать бюджеты и финансы союзных государств. Эта идея может усугубить экономический кризис, дополнив его политическим.
Лидеры Европейского союза продолжают искать пути выхода из кризиса. Осознав, что финансовые инъекции в экономики наиболее проблемных стран не дают должного эффекта, Еврокомиссия замахнулась на большее. Ее главаЖозе Мануэл Баррозу в своем докладе на сессии Европарламента, проходившей в десятых числах сентября в Страсбурге, предложил реформировать ЕС в федерацию. «Это будет союз во имя стран-членов, а не против них», — заявил Баррозу, заставив призадуматься не только европейцев, но и весь мир.

Действительно, европейские власти практически исчерпали фискальный инструментарий, который смог бы вытащить Грецию, Португалию, Ирландию и Испанию из долговой «пропасти». Поэтому Еврокомиссия может зайти с тыла и попросту ограничить экономический суверенитет входящих в ЕС государств, навязав им «правильную» бюджетную, налоговую и монетарную политику.

На первый взгляд, подобные инициативы выглядят как благое намерение спасти «утопающие» страны еврозоны посредством усиления авторитета Европы в мире, представив ее не как наднациональную супердержаву, а как единое государство.
Правда, велики сомнения, что все страны, входящие в ЕС, единодушно поддержат отказ от собственной бюджетной и финансовой независимости, даже в угоду сохранения целостности союза. Ведь для многих государств сохранение суверенитета гораздо важнее всесоюзных интересов.

Соединенные Штаты Европы

В современном мире немало примеров федеративных государств — начиная с Соединенных Штатов Америки и Федеративной Республики Германия и заканчивая Бразилией и Россией.

Суть федерации заключается в том, что каждый ее штат или территориальная единица имеет политическую независимость, собственные федеральные государственные органы, которые вправе принимать нормативные правовые акты, обладают определенными правами и полномочиями в осуществлении многих социальных и экономических программ. Но, в то же время, члены федерации существенно зависят от федерального центра. Этот центр принимает ключевые решения, касающиеся бюджетных и долговых показателей той или иной федеральной единицы, выполняя роль и правительства, и министерства финансов, и центрального банка. Как это происходит в тех же США, Бразилии или Индии.

Поэтому в случае с ЕС федерализация — это хороший способ взять страны Евросоюза под жесткий контроль Еврокомиссии, лишив их права самостоятельно определять свое развитие, жестко регулировать государственные издержки и ограничить их национальный суверенитет. И всё это под лозунгом продвижения «настоящей европейской демократии», о котором говорил Баррозу.

«Переход к федерации — это, прежде всего, отказ от независимой налоговой и фискальной политики. Нужен будет «общеевропейский Минфин», который и будет формировать бюджеты всех стран — членов союза. Кроме того, нужны общий банковский регулятор, министерство иностранных дел, министерство обороны и так далее», — считает профессор Московского государственного университета инженерной экологии Сергей Пахомов.

Преимущество единых надзорных органов заключается в том, что они сильно ускоряют и упрощают процесс контроля и применения санкций к тем странам, которые не будут следовать выработанным в рамках ЕС единым бюджетным требованиям.

«Разумеется, что в рамках федерации Европа будет однозначно поддерживать все свои «штаты», но впредь не допустит столь расточительной политики (роста долговой нагрузки на национальные бюджеты. — «Эксперт»)», — говорит российский экономист Генрих Пеникас. Проще говоря, уже не будет идти речи о том, спасать Грецию и Португалию или нет. Ведь в США никто не задает вопрос, решать ли фискальные проблемы отдельного взятого штата Оклахома или Арканзас. Однако судьбоносные указания будут исходить из «единого центра» и не потребуют согласования с местными органами власти.

«Вероятнее всего, будет создан единый кабинет министров Евросоюза. В этом случае правительства стран, входящих в союз, будут подконтрольны кабмину, а его глава фактически станет руководителем единого государства», — рассуждает президент Украинского аналитического центра Александр Охрименко.

Самое главное, что федеративная модель управления, по мнению экспертов, позволит загнать страны-члены федерации в более жесткие бюджетные рамки. Об этом давно мечтает Германия и ее канцлер Ангела Меркель. Так, в марте нынешнего года членами ЕС был подписан пакт о создании бюджетного союза, согласно которому все страны, присоединившиеся к нему и имеющие дефицит бюджета свыше 0,5% ВВП, подвергнутся санкциям. Им откажут в доступе к механизму финансовой поддержки.

И если сейчас подобные соглашения носят декларативный характер, то в случае создания федерации они станут обязательными к исполнению. И рассчитывать на помощь смогут только страны, безоговорочно выполняющие все бюджетные предписания.

Тернистый путь к пониманию

Создание федерации — процесс сложный и длительный. С этим соглашается и сам Баррозу, который признал, что Европе потребуется изменение базовых документов сообщества. При этом он рассчитывает, что их пересмотр будет закончен не позже 2014 года, до выборов в Европарламент. Логика главы Еврокомиссии понятна: если ему удастся доказать жизнеспособность своих идей, он получит хорошее преимущество на грядущих выборах, так как на смену Баррозу уже прочат премьер-министра Польши Дональда Туска.

«Главная задача — унифицировать политические системы, то есть чтобы все действующие президенты и премьеры согласились подчиниться одному европейскому премьеру», — подчеркивает Генрих Пеникас. Причем первый шаг к этому уже был сделан на 20-м саммите ЕС 29 июня 2012 года (см. «Двадцать попыток спустя…»). Тогда было принято решение создать единую систему банковского надзора, ключевой фигурой в которой станет Европейский центробанк (ЕЦБ). По замыслу Еврокомиссии, единый контроль банковского сектора должен начать действовать с 1 января 2013 года, охватив почти шесть тысяч банков, входящих в зону евро. «США тоже тяжело пережили кризис, но благодаря Федеральной резервной системе многие проблемы этого государства решаются быстрее и эффективнее, чем в еврозоне», — отмечает Александр Охрименко.

Тем не менее по прошествии почти трех месяцев лидеры стран ЕС так и не могут договориться относительно ключевых принципов надзора. Основные расхождения фиксируются между двумя ключевыми странами союза. Если Франция выступает за скорейшее формирование централизованной системы контроля над всеми без исключения кредитными институтами еврозоны, то Германия настаивает на том, чтобы для начала ЕЦБ контролировал только крупнейшие банки.

Поэтому вероятность того, что мы вскоре увидим вновь созданную федерацию, не очень велика. «Предложение Баррозу имеет скорее декларативный характер и призвано задуматься о будущей модели развития Европы. А учитывая разрозненность европейских наций, говорить о федерации пока еще очень преждевременно», — отмечает управляющий активами группы Concorde Дмитрий Костюк.

Это хорошо продемонстрировала ситуация с единой европейской конституцией в 2005–2006 годах, проект которой должны были ратифицировать 18 стран. Но на референдумах во Франции и Нидерландах основной закон для ЕС был категорически отвергнут. После этого Великобритания, Португалия, Дания и Ирландия объявили о переносе референдумов, а Швеция заявила, что не ратифицирует конституцию до тех пор, пока Франция и Нидерланды не проведут повторные голосования.

Велика вероятность того, что идея о федерализации столкнется с не меньшим сопротивлением. Особенно если учесть, что все функции «единого центра», скорее всего, захочет взять на себя Германия. «Потребуется, чтобы все страны — члены союза достигли консенсуса. Это очень длительный процесс, и он неизбежно столкнется с сильным противодействием, так как идея национального суверенитета очень сильна в Европе. Например, Великобритания уже категорически выступила против этой модели», — говорит Сергей Пахомов.

Далеко не все гладко и во взаимоотношениях Германии и Франции. Если раньше Ангела Меркель в большинстве интеграционных вопросов находила общий язык с прежним французским президентом Николя Саркози, то новый глава Франции Франсуа Олланд далеко не столь лоялен в отношении будущего ЕС. Его больше беспокоят внутренние проблемы страны.

Поэтому не исключено, что федерализация будет проходить в несколько этапов и затронет изначально те страны, у которых меньше всего проблем с бюджетом. «Скорее всего, будут разные уровни и форматы интеграции, что называют Европой «разных скоростей». И Германия явно заинтересована, чтобы самые проблемные страны как раз не входили в это объединение, а мы увидим создание нового Бундессоюза», — рассуждает глава правления Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимир Фесенко.

Валить — не строить

Тем не менее и руководство ЕС, и эксперты признают, что на данный момент дезинтеграция зоны евро — наихудший вариант. Например, глава ЕЦБ Марио Драги открыто заявил, что затраты на «демонтаж» этой зоны будут больше и тяжелее, чем стоимость решения ее нынешних проблем.

Последние годы показали всю глубину проблем существования валютного союза без фискального и политического. Стало очевидно, что если Европа хочет и дальше жить и развиваться в рамках общего блока, необходимо углублять интеграцию на всех уровнях государственных процессов. «Внедрять единую фискальную и налоговую политику, единое казначейство, а также другие наднациональные органы, которые будут контролировать балансы отдельных государств», — подчеркивает Дмитрий Костюк.

Другой вопрос, готовы ли налогоплательщики, в первую очередь немецкие, заплатить за ошибки, совершенные банками европейской «периферии». Вряд ли. «Даже если интеграционный процесс, направленный на создание федерации, всё-таки сдвинется с места, уйдет несколько лет только на то, чтобы прошли национальные референдумы, на которых население может выступить против этой инициативы», — говорит главный экономист компании «Ренессанс Капитал»Чарльз Робертсон.

Экономику стран ЕС нельзя подгонять под единый шаблон. «Невозможно всех сделать немцами, навязывать меры жесткой экономии другим странам и надеяться преуспеть в этом», — отметил профессор Гарвардского университетаНайл Фергюсон во время последнего саммита Ялтинской Европейской Стратегии.

Ведь именно стремление к унификации стало ошибкой в годы формирования еврозоны, когда при принятии в нее новых членов не учитывались особенности национальных экономик и те риски, которые они несли для союза. Но если раньше расхлебывать эти последствия приходилось каждому в отдельности, то теперь плата может лечь на плечи всех стран, входящих в большой Европейский союз.

Павел Харламов
«Эксперт Украина» Ключевые слова: Европа , Евросоюз , федерализация

Источник: http://pan.md

Понравилась новость или статья?
Подпишитесь на наш RSS канал и Вы будете получать все последние новости.

Комментарии закрыты.


webmaster@obzormd.com